вторник, 14 апреля 2015 г.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

Сегодня, как и обещала, рассказываю вам про своих коллег. В принципе мое первое впечатление о людях, здесь работающих, сложившееся у меня еще во время собеседования, за прошедшие две недели ничуть не изменилось. Могу сказать, что в целом у нас очень хороший коллектив – не знаю, смогу ли я завести себе новых друзей, но приятелей и хороших знакомых в моей жизни точно прибавилось. А это, как вы понимаете, в условиях турецкой современной действительности очень даже не плохо. Было бы глупо надеяться, что в этой большой бочке меда не окажется хотя бы крошечной ложки дегтя. Естественно она есть, но давайте лучше обо всем по порядку.
Мне всегда очень везло с шефами рецепции. По странному стечению обстоятельств, все они имели имена, начинающиеся с буквы О. Шефа рецепции в нынешнем отеле зовут Осман. Ему не больше тридцати. Он симпатичный, улыбчивый, общительный и легкий на подъем, этакий соседский парень, который никогда не откажет в помощи. Как и многим другим, ему пришлось изрядно повозиться со мной первую неделю – я постоянно спрашивала у него что-то про отель, про систему работы, задавала какие-то бытовые вопросы. Надо отдать ему должное – он всегда отвечал терпеливо, с доброжелательной улыбкой и настолько подробно, насколько это вообще было возможно. Он из тех людей, кто пытается все сделать сам. В этом мы с ним очень похожи, и именно поэтому до сих пор не можем решить некоторые рабочие моменты. Например, с вином и фруктами для постоянных гостей. По сути это должна делать я, но иногда, приходя на работу, я замечаю, что Осман уже все сделал. В принципе нам это не мешает. Ну, может, был бы наш отель крупнее, тогда это могло бы вызвать какую-то путаницу, а поскольку мы работаем в бутик-отеле, где в день надо заказать вино и фрукты максимум на два-три номера, то я обычно по приходу на работу спрашиваю Османа, сделал ли он заказ, и далее просто действую по ситуации.
Иногда он приходит ко мне поболтать, иногда я захожу к нему. Чтобы вы понимали, расстояние между моим столом и его кабинетом всего семь шагов. Гости его очень любят. Он потрясающе общается с турецкими постояльцами. Хотя, надо признать, что наши турецкие гости сильно отличаются от тех турецких гостей, что я видела на своем предыдущем месте работы. Европейским туристам Осман может полчаса рассказывать про то, как доехать до Старого города, рисовать им подробные карты с двадцатью светофорами и десятью перекрестками, стрелочками обозначая повороты и таблички с указателями. Мне кажется, в отеле нет ни одного человека, кто бы не относился к нему с уважением. Всегда по-доброму завидовала таким людям.  
Осман дружит с шефом отдела бронирования - Омером. Они знакомы уже давно – недолго работали вместе время в одном анталийском отеле. Потом Омер оттуда уволился и перешел к нам, а Осман в свою очередь устроился на рецепцию в довольно специфическую гостиницу, некогда принадлежавшую известной гостиничной сети. На какое-то время мужчины потеряли друг друга из виду, а потом вновь встретились в нашем отеле – к тому времени Осман уже успел отслужить в армии, а Омер жениться. Что тут скажешь, кысмет, как говорят турки – судьба.
Омер, как я и некоторые другие наши коллеги, единственный в своем отделе, а потому – и сотрудник, и шеф в одном лице. Ну как бы «сам делаю, сам себя контролирую». Поэтому вы не слишком удивляйтесь тому, что в моих текстах теперь будет так много шефов. Возвращаясь к Омеру... Он у нас, как говорят турки, «шик». То есть модник. Весь такой ухоженный и с иголочки одетый. Сегодня, например, на нем темно-коричневые брюки, темно-синяя рубашка, горчичного цвета вельветовый пиджак, галстук с узором и замшевые туфли. При этом спина прямая, подбородок поднят, взгляд прямой. С виду неприступный, как скала, но на самом деле отличный парень. Первые несколько дней он учил меня работать с нашей отельной компьютерной программой, потом еще пару дней терпеливо выслушивал все мои замечания по поводу отсутствующих или не введенных в употребление функций и строчил письма в службу поддержки. Что мне особенно нравится в Омере, так это его взгляд на концепцию нашего отеля. Он – весь такой ухоженный, всегда гладко выбритый и аккуратно причесанный, с начищенными до блеска ботинками, весь такой богемный - напоминает мне Гэтсби. У него всегда в запасе пара-тройка идей, как придать нашему отелю еще больший шик. К примеру, добавить в сьюты свежую газету по утрам. Казалось бы мелочь, но ведь всем известно, как деловые мужчины любят просмотреть свежие новости за чашкой кофе. Вообще у меня сложилось ощущение, что они с Османом вечно генерируют какие-то идеи. Например, вчера Осман сказал, что было бы замечательно, если бы у нас в отеле гости имели возможность выпить травяной чай – не из пакетиков, как в какой-то забегаловке, а тот, что продается на развес. Или, например, есть у нас два номера в мансарде – с огромной террасой, с которой поверх крыш видно море. На эту террасу вполне можно было бы поставить по паре шезлонгов, чтобы гости могли загорать не выходя из номера. Понятно, что наш хозяин не слишком торопится воплотить эти идеи в жизнь, но об этом я сейчас распространяться не буду – оставим как-нибудь для другого раза.
На рецепции, то есть в подчинении у Османа, работают Альпер и Джемиль. Есть еще сотрудник, который выходит в ночную смену, но честно говоря я с ним не знакома, потому как он уходит домой сразу после моего прихода. Со стороны видела, здоровалась, но не знаю о нем ровным счетом ничего. На рецепции у нас сотрудников не хватает. Также как впрочем и в баре. Судя по тому, что мне рассказали коллеги, наш хозяин хотел закрывать отель на зиму и начинать стройку третьего блока – оказывается тот пустырь, про который я писала в прошлом посте, уже принадлежит ему. Пока решали, будут ли строить новый блок или нет, распустили половину персонала. К тому моменту, когда окончательно решено было отложить строительство до следующего года, как это часто бывает в Турции, уже успела и зима кончится. К тому времени до сезона оставалось пара месяцев, которые решили провести в сокращенном составе, благо что все все успевали. И вот только на этой неделе наконец дали объявления о поиске сотрудников в департаменты, где их нехватка уже начала ощущаться очень остро. Так что мы сейчас в ожидании наших новых коллег – рецепционистов, горничных, уборщиков, официантов, барменов.
Пока я готовила этот пост (из-за невероятной занятости подготовка его затянулась на целую неделю), Джемиль успел уволиться. Вероятно нашел какое-то другое место, потому что даже не стал отрабатывать положенные по закону две недели. Альперу с Османом пришлось пережить не самую легкую неделю пока сегодня, наконец, не приступил к работе новый сотрудник Мехмет. Во-первых, потому что на прошлой неделе действительно было очень много работы. Так как мы городской отель, то циркуляция постояльцев в отеле постоянная. Гости приезжают, уезжают, оплачивают счета, рецепционистам нужно пробивать сотню чеков, электронные ключи периодически перестают работать и их приходится перепрограммировать, телефон звонит не переставая. Тут и вдвоем-то едва успеваешь, а когда ты один – то вообще можно с ума сойти. Во-вторых, нет возможности даже нормально пообедать. Осману с этим проще – поскольку они с Омером работают в одну смену, тот его обычно подменяет на время обеда. А Альпер сейчас постоянно работает вечером, поэтому ему приходится есть в бэк-офисе, постоянно отвлекаясь от еды и возвращаясь за стойку заняться туристами или ответить на телефонный звонок. В-третьих, нет возможности взять выходной. Потому как заменить тебя некому. А у Альпера ребенку всего 3 месяца. В общем он сейчас, прямо скажем, не в лучшем настроении и положении находится. Хотя вообще Альпер славный. Ему вот-вот исполнится тридцать, в отеле он работает с самого его основания – уходил лишь однажды, не поладив с предыдущим шефом рецепции. Потом вернулся, когда того уволили и шефом стал Осман. Свою работу он знает и обычно работает с удовольствием. Но сейчас по понятным причинам он частенько взвинчен и даже разговаривать ни с кем не хочет.
Мехмет – наш новый рецепционист – приступил к работе сегодня. Со стороны (мы еще толком не успели познакомиться) он выглядит довольно интеллигентно. Думаю, ему чуть за тридцать. День для него начался с бритья. Я конечно и раньше замечала, что в отелях нет бородатых сотрудников, но почему-то подумала, что уж раз наш хозяин ходит с бородой, то и другим будет позволительно. Может и Мехмет тоже так подумал. Так или иначе, ему пришлось быстренько бежать к парикмахеру и сбривать бороду с усами. Пока что он держится особняком и мало с кем разговаривает. Думаю, это из-за того, что раньше он никогда не работал на рецепции, а Осман сегодня с самого утра объясняет ему принципы работы. Будем надеяться, что скоро Мехмет вольется в наш коллектив и мы все станем одной большой дружной командой.
Омер делит кабинет с Тургай-беем – директором по организации свадеб и праздничных мероприятий. Он с первого дня был ко мне очень добр, поэтому я его глубоко ценю и уважаю - именно Тургай-бей возил меня в наш центральный офис оформляться на работу. Ему около шестидесяти, но он отлично выглядит – хоть и жалуется периодически на свой небольшой животик. Высокий, осанистый, он принадлежит к старой школе – этакий консерватор до мозга костей. Жена Тургай-бея – психиатр. Несколько лет назад она начала писать романы и с удовольствием делает это и по сей день. У них пятеро детей и трое внуков. Мне начинает казаться, что Тургай-бей живет в отеле. Когда я прихожу, он уже сидит в своем кабинете, когда ухожу - он прогуливается по террасе и присматривает за гостями.
У нас пока что два носильщика. С одним из них - Гюрканом - я сдружилась почти сразу. Кроме разговоров практически на любую тему нас объединяет еще и общая любовь к Думану – отельному коту. Второй носильщик - все время забываю его имя - пришел лишь пару дней назад. Ему где-то под сорок и он жутко приставучий. Поначалу он всем доказывал, что я раньше работала в отеле, где работает его друг. Когда я сказала, что никогда в том отеле не работала, он стал обращаться со мной так, как-будто я что-то скрываю. Слава Богу продлилось это недолго - он догадался позвонить своему другу и уточнить имя. Оказывается, в том отеле раньше работала моя предшественница. А сегодня, уходя домой, он пять раз повторил мне, чтобы я в его отсутствие помогала рецепции. Человек явно попутал наши с ним обязанности и совершенно точно не понимает, что я как бы стою немного выше его по своей должности. И потому не он мне, а я ему должна давать поручения. Пока не сказала ничего, но может однажды придется сказать. Я с уважением отношусь ко всем, но это уже как-то слишком. Между тем, в нашем отеле обязанности носильщика не ограничиваются одной лишь доставкой багажа в номер. Носильщик у нас еще и консьерж – встречает гостей перед входом в отель, открывает и закрывает входную дверь, отгоняет и подгоняет машины.
Сейфеттин бей – отец Омера – шеф над уборщиками и горничными. В его ведении также находится прачечная, где он сейчас вынужден работать сам из-за нехватки персонала. Сейфеттин-бей в отличие от своего супер-стильного сына выглядит довольно простовато, но отсутствие умения элегантно одеваться он успешно компенсирует широким кругозором – с ним можно поговорить на любые темы, он постоянно посещает какие-то курсы и даже самостоятельно выучил Фотошоп. Для меня это еще один повод сказать ему «браво».
Техник у нас только один – Мехмет-бей, мужчина под пятьдесят, невысокий и почти незаметный. Мне пока не очень понятно, как тут обходятся всего одним техником. Учитывая, что большинство гостей приезжает всего на сутки, а Мехмет-бей уходит домой в 17:00, получается что в случае вечерней поломки ее устранять попросту некому. Не будет ли это влиять на рейтинг удовлетворенности постояльцев? Думаю, что будет, но, как говорится, время покажет.
Кухонных работников я не знаю, знакома только с шеф-поваром – тучным и вечно мрачным Ильяс-беем. Он пришел в отель незадолго до меня и, судя по всему, еще пытается разобраться, что и как тут устроено. Последние пару дней я занималась переводом меню для нашего ресторана, который днем и вечером работает как а-ля карт. Помните, как я переводила меню в своем прошлом отеле? В этот раз орфографических ошибок было не меньше. Меня это до сих пор удивляет. Может быть я очень категорична, но разве не должен шеф-повар уметь правильно писать название тех блюд, что он готовит, и тех ингредиентов, которые он использует в своем кулинарном творчестве? Есть масса программа для проверки орфографических ошибок, включая встроенный редактор в Word – может стоит хоть иногда им пользоваться? Судя по вчерашнему собранию, наш хозяин пока не в восторге от новой команды поваров. Я, честно говоря, не довольна тоже. Потому что если они не в состоянии вкусно приготовить простейшую еду для персонала – рис, макароны или тушеные овощи, то я с ужасом представляю, какими у них получатся Ризотто с морепродуктами, Пенне Арабиата или T-bone стейк.
Теперь о ложке дегтя – нашем FB-директоре Рыза-бее, который отвечает за подачу еды и напитков в ресторанах и барах. С ним у меня знакомство не заладилось сразу. В первый свой рабочий день утром я поднялась в ресторан, чтобы посмотреть как проходит завтрак и все ли в порядке. Познакомившись с Рыза-беем, я прошлась вдоль буфета, посмотрела ассортимент того, что дают на завтрак, и заметила двух японок, которые переговаривались возле кувшина с горячим молоком. Оказалось, что молоко остыло. Я попросила Рызу-бея подогреть молока и продолжила наблюдать за девушками, ходившими вдоль буфета, готовая, если вдруг понадобится, еще чем-то помочь. И тут Рыза-бей снова подходит ко мне и говорит то, за что я убить готова, если эти слова исходят от человека, с которым я познакомилась меньше 5 минут назад: «Ну, давай, рассказывай – как и чем живешь?» Я досчитала до пяти (дольше просто не выдержала) и ответила, что я здесь не для того, чтобы вести разговоры о своей жизни, а чтобы помогать гостям. И как бы... молоко наверное уже подогрелось, так что незачем заставлять девушек ждать. После этого Рыза-бей перестал со мной здороваться и даже однажды укорил меня в том, что я неправильно произношу его имя. При том, что мое он вообще выговорить не в состоянии, но мне и в голову не приходило его за это упрекать. На каждую мою жалобу, исходящую от гостей, он тоже реагировал неадекватно – чуть ли не с криком возмущения. Потерпев несколько дней, мне пришлось повысить на него голос и объяснить, что это моя работа – собирать жалобы, доводить их до сведения шефов соответствующих департаментов и следить за тем, решаются ли проблемы или нет. Хотя – вы меня знаете, я неоднократно про это говорила – я не только жалобы собираю, но и благодарности. Поэтому обвинять меня в том, что я к кому-то там придираюсь, никогда никому не позволяла и не буду позволять и впредь. После моей отповеди Рыза-бей снова начал со мной здороваться – уже кое-что, хотя осадок все равно остался.
Барменов и официантов у нас пока четверо. Утром обычно работает Озлем – ей тридцать и у нее двое детей-подростков, которые живут с родителями бывшего мужа. Может потому что она не часто видит своих детей, а может из-за высокой рабочей нагрузки Озлем всегда мрачная и не разговорчивая. Утром ей одной приходится работать и в лобби, и в ресторане наверху, и подарочные сетапы с вином и фруктами по комнатам разносить. Зато вечером ей на смену приходит Исмаил – молодой тучный парень, которого хлебом не корми, дай почесать языком. Ходит он, танцуя, разговаривает, постоянно напевая. Проходя мимо моего стола, всякий раз поет припев из «Песни про зайцев». А нам все равно, помните? Кажется, у него в Испании подружка. А может это очередная байка, которыми он так любит потчевать туристов. С ним вместе обычно работает Юсуф – бармен-шеф в вечернюю смену – и молодой стеснительный парнишка по имени Берк.
Внизу в СПА всего два сотрудника – мужчина по имени Сюмер-бей и его помощница – высокая худощавая девушка имени которой я пока не знаю, так как особой приветливостью и общительностью она не отличается. Сюмер-бей немного понимает по английски, девушка говорит только на родном турецком, поэтому мне приходится постоянно спускаться к ним с гостями и помогать в переводе. Такими темпами я еще и профессиональным информатором в СПА стану. Массажи делают они же и, судя по отзывам гостей, делают очень хорошо. Девушка однажды предложила мне в рекламных целях свои услуги, но я отказалась – по-первых, в рекламе не нуждаюсь, во-вторых не слишком люблю баню, в-третьих, даже если и соберусь на массаж, то уж точно не пойду в отель, где сама работаю – как-то не хочется, чтобы тебя видели полуголой твои же коллеги.
Работники дальнего фронта у нас это Хаккы-бей – наш финансовый директор и одновременно директор отдела кадров, его юный помощник – сын Тургай-бея (в школе без особого энтузиазма учит русский и иногда обращается ко мне за помощью), бухгалтерша Зейнеп и шеф отдела закупок Мерт. Пару раз в неделю заходит наш программист Хакан – чудак еще тот. Не решил еще ни одной проблемы с моим компьютером – картинки не вставляются, ну что делать, значит не вставляются. Ну дома-то вставляются. Ну так то дома, а тут рабочий компьютер. И так на все мои вопросы... Пока пляжная платформа не построена, ответственного за пляж – Мелиха – я тоже отношу к работникам заднего фронта. Он у нас сейчас поди-принеси-подай. Вроде работает, а чем занимается – не понятно. Вот, собственно, основные действующие лица на нашей сцене.
П.С. Все говорят, что Папа нашего хозяина очень часто бывает в отеле, но за эти две с половиной недели я так ни разу его и не увидела. Зато познакомилась с Мамой – она, как и ее сын, каждый день в отеле. Что конкретно делает – никто не знает. То комнаты проверяет, то в лобби сидит, то у сына в кабинете часами пропадает. Присутствует на каждом нашем собрании. И вообще старается всегда бывать рядом с сыном. Это, признаться, немного сбивает с толку, потому что роль ее в отеле никому не понятна. Ну и собственно вершиной этой пирамиды является сам хозяин - Ахмет-бей - про которого определенно придется написать отдельный пост. Уж больно противоречивая, но от того не менее интересная личность...

Комментариев нет:

Отправить комментарий